фотограф Настя давыдова
Ещё одна ласточка
Всё началось с семейного альбома по материнской линии. Несколько лет назад, благодаря этому альбому, я увлеклась генеалогией — искала имена, места, даты, события. Есть печальное генеалогическое предположение, что признаки существования обычного человека полностью исчезают через три поколения. Поэтому, анализируя свой род, я получила внутренний импульс, долг — сохранить наследие, дать людям на снимках в семейном альбоме некое слово, как возможность продолжить их жизнь. Но генеалогия даёт, в основном, только сухие факты. Мне же интересна личность, характер, преемственность. Как следствие этого интереса, сформировалось исследование моей собственной идентичности в памяти прошлого. Кто я, зачем я здесь, каково моё предназначение, как я могу повлиять на этот мир…
Нащупывание связующих нитей между поколениями — утопия, потому что всё, на что я могу опираться — это безмолвный архив с карточками, воспоминания моей мамы и моей бабушки, у которой стремительно развивается деменция, а также их сложные отношения. В идеальной картине мира, преемственность поколений — это важная связь между прошлым, настоящим и будущим, это передача знаний и навыков потомкам в разговорах и на генетическом уровне.
Нащупывание связующих нитей между поколениями — утопия, потому что всё, на что я могу опираться — это безмолвный архив с карточками, воспоминания моей мамы и моей бабушки, у которой стремительно развивается деменция, а также их сложные отношения. В идеальной картине мира, преемственность поколений — это важная связь между прошлым, настоящим и будущим, это передача знаний и навыков потомкам в разговорах и на генетическом уровне.
Представление о себе, благодаря этому, формируется ещё в детстве. Я вижу, как зыбко это в нашей семье, бабушка никогда не предавалась глубоким воспоминаниям о своём прошлом, многое было вытеснено травмирующими событиями, да и не принято было много рассказывать о себе, опасно. Мама же начала посвящать меня в воспоминания довольно поздно. «Ещё одна ласточка» — говорила моя прабабушка, когда я родилась, потому что мою маму она называла ласточкой.
Мой путь в самопознании интуитивен, я всматриваюсь в природу и землю, на которой рождались и жили мои предки. Я изучаю историческую память, пережитые события в масштабе страны, накладывающие отпечаток на настоящее. Я раскладываю на полу старые фотокарточки и ищу на них некие подсказки, указывающие на что-то обо мне: плёночная камера на шее, музыкальные инструменты, различные ремёсла, природа, нежные объятия отцов и детей. Я сопоставляю прошлое и настоящее в коллаже и выстраиваю предположения из наблюдений за женской линией, включая саму себя и мою дочь. Моя цель — не прерывать связи с прошлым, каким бы травмирующим оно не оказалось, а передать свои знания грядущим поколениям.
Мой путь в самопознании интуитивен, я всматриваюсь в природу и землю, на которой рождались и жили мои предки. Я изучаю историческую память, пережитые события в масштабе страны, накладывающие отпечаток на настоящее. Я раскладываю на полу старые фотокарточки и ищу на них некие подсказки, указывающие на что-то обо мне: плёночная камера на шее, музыкальные инструменты, различные ремёсла, природа, нежные объятия отцов и детей. Я сопоставляю прошлое и настоящее в коллаже и выстраиваю предположения из наблюдений за женской линией, включая саму себя и мою дочь. Моя цель — не прерывать связи с прошлым, каким бы травмирующим оно не оказалось, а передать свои знания грядущим поколениям.
