Бабушка в каком-то смысле заменила мне маму. В этом нет ничьей вины и я даже рада, что меня воспитывали бабуля с дедулей, а только потом я переехала к маме. Когда бабушка умерла, я не вылезала из кровати неделями и почти все время плакала.
Смерть меня пугает не как то, что переживу я, а как то, что я буду свидетельствовать. После смерти бабушки я боюсь этого ещё сильнее. Ты сидишь и улыбаешься человеку, а на следующий день его нет и уже некому улыбаться.
Olympus superzoom 160 — фотоаппарат, на который я уже год стараюсь запечатлеть столько моментов, сколько позволят уместить в себя 36 кадров с каждой катушки пленки. После смерти бабули это стало еще нужнее. Наверное не только мне, но и людям, которые меня окружают. По крайней мере, будет над чем поразмышлять, посмеяться и поплакать — лет эдак через десять, двадцать.
Взрослеть отчасти прикольно, отчасти и невесело совсем, у тебя появляется больше каких-то проблем и задач. Когда ты маленький, вышел играть в футбол, купил кока-колу, сидишь сухарики жуёшь, проблем вообще никаких. А сейчас я что-то среднее между «сидеть и сухарики кушать» и решением проблем. Надо постепенно вливаться в жизнь. Работать надо, денежка появляется не просто так тоже, как это приходится осознавать. Я и работал уже, и опыт работы был такой сложный.
Ночью ездили, два часа от Москвы на электричке. Пять мостов вдвоем с товарищем чистили от снега. Проблема была в том, что в камни врывались через каждые два метра. А снег ещё мокрый был. Мы приехали часов в 12, посидеть погреться негде. И вот мы до 8 часов вечера чистили. Почистили, а нам сказали: «вы едете еще на два моста». Мы сказали, что больше не будем чистить и поехали домой. В итоге мне две тысячи скинули, а товарищу нет — сказали, что не отработал.
Ещё я листовки раздавал. Вот это работа мне понравилась. Я с людьми общаюсь, в рубашечке хожу, в пиджачке. В тёплое время без пиджака, было жарко. Я на самом деле человек, который не мёрзнет, я больше потею, вот так.
А так вообще я мечтаю помогать людям как-то. Почему я в спасатели и пошёл, чтобы помогать людям. Мне хочется делать добро, потому что это очень приятное ощущение, когда благодарят за твоё добро.
Я учусь в школе для детей с ограниченными возможностями, реабилитационный центр. У меня там работала бабушка и я пошла туда учиться, а потом выяснилось, что у меня искривление позвоночника и мне пришлось там остаться.
Хочу, чтобы люди были добры друг к другу. Много подростков сталкиваются с буллингом. Как раз у нас в школе есть дети с особенностями, а есть подростки, которые хотят быть круче за счет их принижения. Я понимаю сейчас, что эти люди пытались скрыть свои проблемы за счёт обзывательств.
У меня есть знакомая, которую обзывали из-за того, что она не подходила под стандарты людей. Из-за этого ей приходилось наносить себе вред, потому что она не знала как справиться с буллингом. Так ей становилось легче. И почему-то взрослые не придают значения проблемам детей. Говорят: «Какие проблемы, вот у меня завалы на работе…». Получается взрослые обесценивают важность ситуации и этот как снежный ком, в дальнейшем будет только хуже.
Ярких воспоминаний у меня было много, но выделить что-то одно — сложно. Может быть это первый поцелуй. Это было год назад, я был влюблён… и сейчас, у нас до сих пор отношения. Нравилась она мне давно и я искал подходящего момента, когда мы собирались с друзьями. Я не понял как это произошло. Это было превосходно.
На съёмку с собой я взял вот эту крышку от рэдбулла на цепочке. Просто когда мы только начинали общаться с Аней, я увидел у неё такую штуку и мы с ней решили, что это будет что-то такое, общее. Потом у нас появились половины сердца на магните.
Когда началась вся эта ерунда с коронавирусом, я очень плохо себя чувствовала и мне хотелось какой-то стабильности. Практически каждый день, даже когда детские площадки были закрыты, я начала выходить и качаться на качелях. Даже до сих пор я стараюсь это делать. Я просто слушаю музыку и думаю. Мне это очень помогает сконцентрироваться и решить какие-то проблемы. А это место, тут я выросла, здесь я провела всё своё детство.
Хочу ли стать взрослой? Нет, пожалуй, не хочу. Я хочу получить независимость, а во всём остальном, для этого нужно понимать чего ты хочешь, чтобы это не только тебе нравилось, но и приносило тебе какую-то пользу. На это я пока не способна. Меня пугает ответственность.
Если стану взрослой я, то станут взрослыми и мои друзья, а у них будут свои какие-то проблемы, которые они сами должны решать. Помочь выбрать кроссовки — это не то же самое, что помочь выбрать какую ипотеку брать в банке. Взрослый человек касаемо всего принимает решения, а это всегда страшно. 16-17 лет это самый приятный для меня возраст, мне нравится его проживать.
Меня отправили на бокс в семь лет. Я спаринговался каждую неделю по три раза. Моя агрессия и вспыльчивость появилась, наверное, из-за этого. Занимался до четырнадцати, потом пошёл в зал. Сейчас я вернулся на бокс. У меня много душевных проблем и нужно куда-то изливать свою боль, так что я избиваю грушу или людей, который осмысленно идут на тренировку.
Меня пугают люди и их поступки. Это как со страхом темноты. Ты не боишься темноты, ты боишься того, что скрыто во тьме. Я боюсь поступков людей, таких как насилие — ментальное и физическое. Если это ментальное, то я не защищаюсь и не стараюсь как-то оскорбить в ответ. В этом плане я достаточно смиренный человек. Физическое насилие вызывает у меня желание подраться. От физического насилия сложно убежать или скрыться, так что лучше бить в ответ. Если я буду бить в ответ, то я буду уверен в том, что не только я один по шапке получу.
У меня есть биологический отец, но я его не считаю папой и не испытываю к нему никаких чувств, как к родителю, потому что он бросил маму, когда она ещё была беременна мной. Практически с рождения у мамы появился парень, его я и считаю и называю папой. Он воспитывал меня и сестёр, а позже появились ещё мои младшая сестра и брат.
Он сделал много хорошего, но также он избивал нас по разным причинам и постоянно оказывал психологическое давление. Вспоминая те времена, когда он жил с нами, я не могу поверить в произошедшее, потому что такое зверство кажется мне просто нереальным. Он довёл маму до ужасного состояния, из-за чего она долгое время не могла расстаться с ним, потому что была в экономической зависимости, на её плечах осталось бы пять ртов, которые нужно кормить. Под конец шестого класса мама наконец-то решилась и выгнала его из дома. Из-за этого события моя жизнь правда разделилась на до и после, потому что я понимаю, раньше был ад особенно для детской психики.
Я хотела бы ещё побыть ребёнком, но даже если я вернусь в прошлое — не смогу им быть, потому что уже давно приходится быть для себя взрослой.
Место, где проходит съёмка напоминает мне о прошлом лете, когда мы с подругой брали покушать в KFC и шли в парк на эту лавочку провожать закат. В этом месте мы разговаривали обо всем, фоткались и наслаждались видом. Потом я приходила сюда с молодым человеком.
Я учусь в особенной школе, закончила 10 класс. Школа специализируется на лечении детей с плохим здоровьем. В будущем хочу стать психологом. Очень хочу помогать людям, потому что сама являюсь человеком, которому нужна психологическая помощь. У меня много переживаний по поводу жизни, друзей, родных и больше всего по поводу здоровья. Я мечтаю чтобы никто никогда не болел.
